Молитва

Странная близость

удь Авраам и Моисей единственными библейскими персонажами, которые осмеливались возражать Богу, я не счел бы их споры образцом молитвы. Однако подобные примеры встречаются в Библии часто: свое несогласие с Господом проявляли не только Авраам и Моисей. (Порой мне кажется, что Бог избрал сих достойных мужей для выполнения особо важных задач именно за их бунтарский нрав).

Однако по сравнению с тирадами Иова речи двух гигантов веры, споривших с Господом, кажутся робким лепетом. Друзья Иова твердят благочестивые банальности, их слова напоминают благопристойные прилюдные молитвы, которые мы часто слышим в церкви.

Друзья оправдывают Бога, стараются притушить вспышки горьких чувств, переживаемых Иовом. Они растолковывают ему свои взгляды на реалии мира. Но Иов никак не хочет принять позицию друзей. Он с горечью протестует против случившегося – он стал жертвой жестокого Бога. Иов говорит с Богом искренне – он уязвлен. Он уже готов отказаться от молитвы: «И что пользы прибегать к Нему?» (Иов 21:15), – заявляет он своим бесчувственным друзьям. Однако в конце Книги Иова события принимают странный оборот: Господь лично отвечает Иову и с презрением отвергает многословие его друзей.

В псалмах тоже встречаются жалобы на якобы отсутствие Бога, на Его кажущуюся несправедливость. У меня, например, дух захватывает от слов Давида:

«Я изнемог от вопля, засохла гортань моя, истомились глаза мои от ожидания Бога моего»
Псалом 68:4).

Молитвы протеста – из Псалтири, из Книг Пророков – напоминают Богу, что мир несовершенен, многие Его обещания еще не исполнились, справедливость и милосердие еще не воцарились на земле.

Два пророка, написавших самые большие из пророческих книг, поначалу ответили на призыв Господа почти как Моисей. Вот первая реакция Исайи:

«Горе мне! Погиб я! Ибо я человек с нечистыми устами, и живу среди народа тоже с нечистыми устами»
(Исаия 6:5).

А Иеремия сразу же ищет отговорки: «О, Господи Боже! я не умею говорить, ибо я еще молод» (Иеремия 1:6), – да и после, на протяжении всей своей долгой службы, он не раз пытался уклониться от Божьих поручений. Он жалуется:

«О, Господи Боже! Неужели Ты обольщал только народ сей и Иерусалим, говоря «мир будет у вас»; а между тем меч доходит до души?»
(Иеремия 4:10).

Авраам Хешель, крупный еврейский теолог и религиозный философ, исследователь пророческих книг Библии, особо отмечает их бунтарский дух. «Принять суровость пути, указанного Богом, во имя Его любви? Мало кто был к этому готов.

И многие истинные молитвы были молитвами протеста. Древние пророки не спешили соглашаться с суровым Божьим судом. Они редко кивали, восклицая: «Да будет воля Твоя!» Чаще они противились Богу, говоря: «Измени Свою волю».

Далее Хешель добавляет: «Человек никогда и никому не сдается – даже Богу».

Я уже говорил о борении в Гефсиманском саду. Иисус противился Божьей воле и принял ее лишь потому, что другого выхода не было. Прошло немного времени и Господь избрал для благовестия язычникам человека, который на первый взгляд был для этого совершенно негоден. Савл из Тарса, ревностный гонитель христиан. Узнав о Божьей милости к Савлу, один из членов местной церкви воспротивился:

«Господи! Я слышал от многих о сем человеке, сколько зла сделал он святым Твоим в Иерусалиме»
(Деяния 9:13).

Но Господь оборвал его: «Иди, ибо он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое перед народами и царями и сынами Израилевыми» (Деяния 9:15). Несколько лет спустя апостол Павел – бывший Савл – тоже спорил с Богом, многократно прося Его об избавлении от телесного недуга.

Почему Бог, Всемогущий Правитель Вселенной, допускает позволяет человеку так обращаться с Собой? Почему Он вступает в переговоры? Почему иногда торгуется людьми? Может быть, Он считает подобного рода взаимодействие своеобразным духовным упражнением, полезным для нас? А может быть, взрывы наших чувств, словно сигнал бедствия, дают Господу возможность вмешаться и помочь нам? Вспомните: до Бога дошел «вопль сынов Израилевых» (Исаия 3:9), и тогда Он призвал Моисея к служению.

Мне становится понятнее, какой молитвы хочет от нас Бог, когда я сравниваю свои отношения с Богом и с самыми близкими для меня людьми. Вот, к примеру, брат: ему одному известны секреты моего детства, он знает о моем стыде и о моей боли. А жена? Она знает обо мне больше, чем любой другой человек на свете, – с ней я обсуждаю все, от заказа в ресторане до выбора нового дома. Или мой редактор: мы идем с ним рука об руку через все этапы создания книги, он разделяет со мной все труды и тревоги на этом нелегком пути. Общение с близкими мне людьми напоминает мне взаимодействие библейских героев с Богом. Я о чем-то прошу, в чем-то уступаю, на чем-то настаиваю, принимаю чужую точку зрения или не соглашаюсь с ней. Чаще всего я в конце концов иду на компромисс – после каждого разговора во мне что-то меняется.

Как и Авраам, я сначала приближаюсь к Богу в страхе и трепете, но вдруг понимаю, что Божья воля – не в безоговорочном подчинении, а в том, чтобы вступить с Ним в переговоры. Я не в состоянии так вот просто взять и принять сегодняшний мир со всей его несправедливостью и нечестностью. Мне хочется призвать Бога к ответу, напомнить Ему о Его обещаниях и о Его совершенстве.

В фильме «Апостол», снятом американским актером и режиссером Робертом Дюволлом, есть прекрасный эпизод. Сон-ни, проповедник с горячим нравом, имевший в прошлом нелады с законом, топает ногами, пинает мебель в своей комнате и кричит. Сосед снизу жалуется на шум: «У вас там буйнопомешанный живет?» А мать Сонни с улыбкой отвечает, что это всего лишь Сонни. «Еще с той поры, когда мой сын был упрямым малышом, он привык разговаривать с Господом. Иногда разговаривает, а иногда – кричит на Бога. Вот как раз сейчас Сонни кричит на Него».