Молитва

Уязвимые

днажды мне пришла в голову такая мысль: я часто беспокоюсь о том, ощущаю ли я Божье присутствие, но никогда не задумываюсь о том, ощущает ли мое присутствие Бог. Обнажаю ли я перед Ним в молитве сокрытые тайники моей души? Ведь только обнажив душу, я способен увидеть самого себя таким, какой я есть. Увидеть в свете Божьем. В этом свете я чувствую себя совершенно голым, вижу себя абсолютно не та-ким, каким стараюсь казаться самому себе и всем окружающим. Бог, и только Бог знает, какие скрытые мотивы таятся за моими поступками.

Змеиный клубок похоти и гордыни? Неисцеленные раны, которые, как ни парадоксально, заставляют меня притворяться абсолютно цельным и здоровым? Молитва подвигает меня возложить к Божьим стопам всю мою жизнь, чтобы Он очистил все нечистое и исцелил все неисцеленное. Разоблачиться, полностью раскрыться – нелегко, но процесс «саморазоблачения» показывает мне: под слоями копоти и пыли сокрыт шедевр, который Господь готов отреставрировать.

«Мы не способны сделать Бога видимым, но мы способны сделаться видимыми для Бога», – сказал как-то иудейский теолог Авраам Джошуа Хешель. Неуверенно, со стыдом и страхом, я предпринимаю попытку стать видимым для Бога и... чувствую себя свободнее. Страх быть отвергнутым растворяется в Божьих объятьях. Я не понимаю этого умом, а лишь верю: Богу угодно и приятно знать любую мелочь о моей жизни.

«Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? Но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя. Вот, Я начертал тебя на дланях Моих»
Исаия 49:15, 16).

Мне представляется мать. Она души не чает в своем малыше, который так мало дает ей взамен. Любой чих, любой поворот маленькой головки, движение глаз младенца, его улыбка, его кряхтение – ничто не ускользает от внимания матери. Если уж человеческое дитя купается в материнской любви, то сколько же любви получает дитя Божье!

Человек – Homo sapiens – единственный биологический вид на земле, с которым Господь может вести диалог. Только человек способен членораздельно выражать благодарность или жалобу. Только человек способен описать словами увиденное чудо или трагическое происшествие. Как же можно обесценивать ту уникальную роль, которая отведена человеку во Вселенной? Человек рождает слова. Слова, обращенные к Творцу. И Господь с готовностью вслушивается в них.

Профессор кафедры теологии Кембриджского университета Дэвид Форд однажды спросил католического священника о самой распространенной проблеме, с которой сталкиваются духовники. Падре, имевший за спиной двадцатилетний опыт принятия исповеди, без колебания ответил: «Искаженное представление о Боге». Очень немногие из прихожан, встречавшихся ему на исповеди, понимали, что Бог, в Которого они верят, есть Бог любви, прощения, милости и сострадания. Чаще же всего люди видели в Боге угрозу, но никак не достойного доверия Друга, каким является Иисус Христос. Профессор Форд комментирует: «Это, пожалуй, самая трудная для постижения истина. Просыпаемся ли мы каждое утро с чувством радости от того, что мы любимы Богом? Строим ли мы свои дневные планы с учетом того, что Бог жаждет общения с нами?»

Вчитываясь в вопросы Форда, я понимаю: именно мои представления о Боге определяют ту степень честности и открытости, которую я проявляю в молитве. Обнажу ли я перед Богом свое «я»? Но мне страшно оказаться неугодным Богу, и вот я – глупый! – прячусь от Него. Увы, именно моя скрытность как раз Ему и неугодна. Для меня скрытность – это самозащита, а для Бога – знак недоверия к Нему. В любом случае, она так и будет разделять нас, пока я не признаю собственную нужду и не увижу Божье желание ее восполнить. И когда я, наконец, со страхом и трепетом приближусь к Господу, то найду в Нем не тирана, а любящего Отца.

Апостол Павел коленопреклоненно молился о том, «чтобы вы, укорененные и утвержденные в любви, могли постигнуть со всеми святыми, что есть широта и долгота, и глубина и высота и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову» Ефесянам 3:18, 19). Сомневаюсь, что Павел произнес эту молитву лишь однажды в жизни. Мне приходится молиться о том же самом каждый день. Не в том ли заключается самая важная цель молитвы – чтобы позволить Богу явить Свою любовь моему истинному «я»?

«Не по беззакониям нашим сотворил нам, и не по грехам нашим воздал нам: ибо как высоко небо над землею, так велика милость Господа к боящимся Его; как далеко восток от запада, так удалил Он от нас беззакония наши; как отец милует сынов, так милует Господь боящихся Его. Ибо Он знает состав наш, помнит, что мы – персть»